06:34 

Критические отзывы на последний сезон "ОZ"

DressTie
Зрение может стать причиной чтения
Отзыв Брюса Фреттса для «Entertainment Weekly», 13 января, 2003

Когда мы в последний раз покидали Государственное Исправительное Учреждение «Озвальд», наполовину парализованный заключённый Агастус Хилл (Гарольд Перино) был случайно заколот в живот и истекал кровью на полу. Если вы не хотите знать о его судьбе, вам лучше пропустить несколько следующих абзацев. И если вы не переносите графическое насилие, грубый язык и полную наготу, вам лучше пропустить «Оз».
Теперь, когда мы отсеяли нытиков и слабаков, вот информация: с началом последнего сезона первой оригинальной драмы НВО, я с сожалением сообщаю, что Хилл мёртв – но с радостью сообщаю, что в нём ещё осталось достаточно жизни, как и в «Оз». В интригующем повороте, достойном «Six Feet Under», Хилл продолжает свою роль рассказчика, только из могилы (отсюда саркастичное название первой серии «Говорящий мертвец»). Эта уловка также позволяет создателю «Оз» Тому Фонтане вернуть других умерших заключённых в качестве гостей-комментаторов, включая погибших в первом сезоне Джефферсона Кина (Леон из «Крутых виражей»), Дино Ортолани (Джон Седа из «Убойного отдела») и повешенную детоубийцу Ширли Беллинжер (Кэтрин Эрб из «Закон и порядок: Преступное намерение »), которая даже более ужасающа с заметными ожогами от верёвки вокруг шеи.
Шокирующе высокая смертность может показаться несколько нереалистичной, но «Оз» давно вышел из области реализма, превратившись во что-то более близкое к реалити-шоу «Survivor». Ты знаешь, что кто-то должен выбывать каждую неделю, но всё же продолжаешь с нездоровым возбуждением наблюдать за динамичной борьбой, которая приводит к этому результату.
В то же время Фонтана постепенно начал заимствовать приём из «Закона и Порядка» Дика Вульфа, вводя в повествование больше историй из реальной жизни. Наиболее влиятельный новый заключённый «Оз» мэр Уилсон Лоуэн (Том Аткинс), явно был неточно списан с бывшего мэра Йорка, Пенсильвании, Чарли Робертсона, который недавно был обвинён в убийстве афроамериканки во время расового бунта 1969 года. Лоуэн был признан виновным в соучастии в убийстве, организованным Ку-Клукс-Кланом, и рассчитывал на помощь скользкого губернатора Джеймса Девлина (Желько Иванек из «24»).
Другие горячие темы, затронутые в этом сезоне, касаются сексуальных скандалов католической церкви (отец Рэй Мукада Б. Д. Вонга был обвинён в сексуальных домогательствах); казни умственно-отсталых взрослых (Райан О’Райли пытается спасти от смертной казни своего брата с повреждением мозга Сирила, которого играет его брат в реальной жизни Скотт Уильям Уинтерс); и использования труда заключённых для работ с минимальной зарплатой вроде телемаркетинга, что, безусловно, представляет собой жестокое и необычное наказание.
И что касается искусства, имитирующего жизнь, имитирующую искусство, заключённые «Оз» ставят «Макбет». Как и во времена Шекспира, мужчины исполняют и женские и мужские роли – мрачное и умное отражение порядка притеснителей и рабов. Режиссирует постановку скомпрометированная преподавательница музыки Сьюзен Фитцджеральд, которую без намёка на тщеславие играет лауреатка премии «Тони» Бетти Бакли из «Кошек».
И она не единственная бродвейская дива на «Оз». Рита Морено счастливо вернулась в своей роли активистки монахини/психотерапевта сестры Питер Мари Рэймондо, а Патти ЛюПон («Эвита») присоединилась к шоу в роли Стеллы Коффо, новой заведующей библиотекой, которая вовлечена в очаровательный флирт с одним из пожизненных заключённых Бобом Рибедо (Джордж Морфоген). Плюс, позже в этом сезоне появляется Джоэл Грей из «Кабаре» в роли неожиданного посетителя лидера мусульман Карима Саида (Имонна Уолкера). С этим составом тюрьма может перевоплотиться в сумасшедшее шоу талантов.
Но по-прежнему настоящими звёздами тюрьмы остаются Ли Тергесен и Дж. К. Симмонс в ролях Тобайаса Бичера и Верна Шилленгера. Щекотка и Царапка «Оз», беловоротничковый преступник Бичер и белый расист Шилленгер причинили друг другу столько эмоциональных и физических мучений за пять сезонов, что может показаться, будто они исчерпали запас возможных зверств. Однако когда Шилленгера освобождают из изолятора накануне слушания о досрочном освобождении Бичера, становится ясно, что им предназначено судьбой продлить свой опасный танец ещё хотя бы на один поворот.
Даже если его выпустят, Бичер почти наверняка вернётся, хотя бы ради того, чтобы навестить любовь своей тюремной жизни, осуждённого серийного убийцу Криса Келлера (Кристофер Мелони из «Закон и порядок: Специальный корпус»). Это один из самых захватывающих и запутанных романов, как гомо так и гетеросексуальных, которые когда-либо показывали на телевидении. Как Майкл Корлеоне в «Крёстном отце-3», каждый раз, когда Бичер думает, что он нашёл выход, «Оз» затягивает его обратно. Для преданных поклонников шоу, это приятно знакомое ощущение.
Оценка: 5-

Отзыв Майкла Эбернети, 10 февраля 2003

Как далеко вы готовы зайти, чтобы выжить? Будете ли вы врать? Воровать? Продавать наркотики? Сделаете ли минет человеку, которого презираете? Сможете ли убить человека, которого даже не знаете, чтобы вас не смог убить кто-то другой? Стоит ли спасение вашей жизни того, чтобы провести её остаток в камере 3х2 метра без окон и практически без контакта с другими людьми?
Если нет, вы бы не продержались и дня в Государственном Исправительном Учреждении «Озвальд», известном среди его заключённых как «Оз». Это также одно из самых длинных драматических шоу на НВО (сейчас на своём шестом и последнем сезоне), полное насилия и секса.
Но, как может утверждать любой, кто достаточно долго смотрел шоу, «Оз» не только о сексе и насилии. Оно о предательстве, братстве, страхе, разочаровании, искуплении и расплате. Оно также о смерти. За пять сезонов в нём погибло около 50 человек, большинство – ужасным способом. (Исполнительный продюсер Том Фонтана шутит, что он заканчивает сериал в этом году, потому что исчерпал способы убийства.) Другие персонажи были заклеймены, искалечены, ослеплены и подвергались пыткам. Многие из заключённых были изнасилованы; другие «добровольно» вовлечены в сексуальные акты в стремлении ублажить власть имущих – как надзирателей, так и заключённых.
Сериал подходит к концу, и некоторые зрители могут задаваться вопросом, отвлекутся ли сценаристы от секса и насилия для развязки сюжета. Пока ответ – нет. Изначально Фонтана планировал закончить сериал два года назад, когда он потерял арендуемую студию, где снимался «Оз». Его идея заключалась во взрыве, который частично разрушил тюрьму, этот элемент сюжета в итоге стал развязкой четвёртого сезона; потом была найдена новая студия, и сериал снова запустили.
Сейчас похоже на то, что «Оз» закончится так же, как и начался – на середине. В первых трёх эпизодах пока не было намёков на полное разрешение сюжетных линий. Нам представляют новые проблемы, персонажей и истории – а известно, что эти истории могут длиться не только несколько эпизодов сезона, но и годы.
Так что вопрос не столько в том, что произойдёт в финале, сколько в том, чем запомнится «Оз»? С одной стороны, он поднял актуальные и вечные социологические вопросы в формате, который свободно скрещивает реализм с сюрреализмом. Конечно, «Оз» не первый сериал, показавший жизнь в тюрьме, и множество фильмов было снято внутри исправительных учреждений США. Однако ни одно другое шоу не может предложить такого пугающе реалистичного взгляда внутрь национальных тюрем или так открыто рассуждать об их моральных и социальных обязательствах.
Хотя большинство из нас никогда не испытает ужас тюремного заключения, мы все живём в обществе, изобилующем преступностью. Много обсуждений велось вокруг вопроса, какую роль играет наша тюремная система – в остановке или утверждении преступности. Что должны делать тюрьмы? Наказывать преступников? Изолировать «нежелательные элементы»? Реабилитировать правонарушителей? И как должна быть достигнута любая из этих целей?
«Оз» изучает эту сложную дилемму, сопоставляя две секции тюрьмы. «Изумрудный Город» это экспериментальный отдел, который предоставляет заключённым альтернативу просиживанию весь день в маленьких камерах. У них есть доступ к образовательным программам, спортивным соревнованиям и художественной деятельности. Противопоставляется Изумрудному Городу блок на общем режиме, который представляет собой более традиционную тюремную обстановку, с несколькими вариантами, предназначенными для удержания заключённых от проблем.
В добавок к исследованию вопроса какое окружение лучше служит нуждам заключённых, сериал поднимает текущие моральные, политические и правовые проблемы: можем ли мы приговаривать к смертной казни умственно отсталых людей? Какую роль может сыграть религия или психиатрия в помощи заключённым найти «верный путь»? Честно ли просить заключённых выполнять роль человеческих лабораторных свинок для медицинских экспериментов? Может и должен ли бизнес сотрудничать с тюрьмами, используя заключённых в качестве дешёвой рабочей силы? И на каком этапе наказание становиться бесчеловечным?
Для озвучивания таких сложных вопросов шоу использует рассказчика/заключённого Агастуса Хилла (Гарольд Перино). Хотя он был убит в конце предпоследнего сезона, Хилл продолжил повествование, но теперь он делит эту обязанность с другими погибшими заключёнными. Каждый рассказчик освещает отдельную, хотя и широкую, тему шоу – Бог, Смерть, Общение и др. – цитируя философов, поэтов, политиков, песни и фильмы. Тюрьма становится дискотекой, кладбищем, военной зоной, помимо прочего, когда рассказчик истолковывает тему текущей недели. Часто соответствующие изображения и фотографии мелькают позади рассказчика во время его или её речи. Один из рассказчиков этого сезона не говорил ничего, а только сидел и играл на виолончели, пока говорил Хилл.
Как предполагает новаторский подход к повествованию, самой главной силой «Оз» является превосходный сценарий. Главный сценарист Брэдфорд Уинтерс (чьи братья, Дин и Скотт, играют заключённых Райана и Сирилла О’Райли) создаёт захватывающие сюжеты, которые вращаются вокруг разнообразного состава интригующих персонажей. «Оз» был назван одним из критиков «Тюрьмой Мелроуз» из-за того, что персонажи постоянно переходят из одной группировки в другую, в той же манере, в которой герои мыльных опер постоянно заводят новые романы.
Однако, как мне сказал один из бывших заключённых и фанат «Оз», «Так оно и есть, чувак. Именно так. Только всё это не происходит так быстро». Он настаивает на том, что то, что можно услышать в «Оз», можно услышать в любой тюрьме. и группировки, заправляющие в «Оз» - арийское братство, латиносы, чёрные, итальянцы, мусульмане – есть в большинстве тюрем страны.
Другие, менее реалистичные аспекты шоу также достойны внимания. В одних сериалах присутствует мистика («Твин Пикс», «Доктор Кто»), в то время как в других поднимаются текущие проблемы («Западное крыло», «Закон Порядок»). Но «Оз» отличается своими новаторским подходом, образами и языком. Мистические элементы не столько двигают сюжет или развивают персонажей, сколько служат исследованию поднимаемых тем. И чаще всего эти темы – широкие (смерть) или специфические (сексуальное домогательство со стороны духовенства) – не могут быть решены.
Шоу, изучающее большое количество проблем, предстаёт зрителям в качестве трибуны, на которую становится каждый персонаж, чтобы сказать нам, что думать. «Оз» раскрывает проблемы и оппозиционные точки зрения на них, а затем предоставляет нам делать выбор самостоятельно. Это не предполагает, что сериал не даёт никакого разрешения своим сюжетным линиям. Однако это сложно, запутанно и часто противоположно тому, что хотели бы видеть зрители.
Кто-то может поспорить, что главное достижение «Оз» состоит в том, что он открыл дорогу другим программам с детально прописанным насилием и сексом, таким как «Клан Сопрано» и «Близкие друзья». Но наиболее острой революционной чертой «Оз» было его характерное повествование. Зрители могут считать благословением то, что он смогли провести шесть лет внутри «Оз».

Отзыв Мэттью Гилберта для «The Boston Globe», 23 февраля, 2003

Когда заключённые Государственной Тюрьмы «Озвальд» плохо себя ведут, их отправляют в карцер - комнату без окон, в которой есть только деревянное ведро для отходов жизнедеятельности человека. Карцер является символом экзистенциального ужаса, это цементные врата в одиночество и пустоту. Это место, куда плохих людей посылают давиться своим гневом, успокаиваться темнотой. Это место для укрощения животных.
И карцер, такой суровый и символичный, одна из причин, превративших меня в большого фаната «Оз», шестой и последний сезон которого заканчивается сегодня. Да, драма на НВО, с её поножовщинами в душевой, арийским культом и такими гротескными деталями как коктейль из выделений одного из находящихся в карцере заключённых. Большинство зрителей отворачивались от некоторых сцен шоу в отвращении, как и члены комитета, присуждающего премию Эмми, который постоянно игнорировал сногсшибательную игру Имонна Уолкера, Кристофера Мелони, Риты Морено, Дина Уинтерса, Ли Тергесена и Дж. К. Симмонса. «Оз», такое дикое и горячее, стало белой вороной среди остальных шоу на телевидении.
Но кто сказал, что искусство должно быть приятным глазу или что дорожка к пониманию человеческой природы вымощена жёлтым кирпичом?
«Оз» останется в истории телевидения одной из самых откровенных драм, смелым изображением человеческого состояния в первозданном виде. Это драма, оголённая до самых своих основ, выражающих самую суть, о чём говорит всё, от минималистского дизайна съёмочной площадки до сжатых, прямолинейных монологов. Это обнажённая версия того же напряжения, что облачено красочными регалиями толпы «Клана Сопрано», особенно в том, что касается применения силы, когда одни заключённые становятся «рабами» других. В «Оз» есть то же суровое лавирование на грани, что и в «Survivor», но без красивых видов и вознаграждений в миллион долларов. «Оз» это человеческий конфликт без прикрас, так же лишённый избыточности, как его односложное название.
На основе происходящего в шоу можно проводить занятия по психологии. Через стеклянные стены «Изумрудного Города», как под микроскопом, мы можем наблюдать за борьбой сил ненависти с силами искупления. Неонацист Верн Шилленгер заставляет новичков ходить в женской одежде, но при помощи психотерапевтических сеансов сестра Пит учит заключённых прощению. Райан О'Райли устраивает убийство мужа доктора Нэйтон, но она решает продолжать лечить даже тех, кто причинил ей вред. Продажные надзиратели допускают убийство за несколько баксов, но управляющий Изумрудного Города Тим МакМанус находит на них управу, используя государственного юриста. На каждого вспыльчивого Мигеля Альвареза здесь находится терпеливый учитель вроде Сьюзен Фитцджеральд или Стеллы Коффа, взращивающих в подопечных самоуважение через литературу и театр.
Эта тюрьма как будто представляет войну между примитивными инстинктами и силой нравственности, происходящую в рамках одного сознания, как если бы в каждом герое «Оз» находились в постоянном противоборстве его Ид, Эго и Суперэго. Но «Оз» также является микрокосмом американского общества, где заключённые всех классов и этнической принадлежности живут друг с другом в постоянном напряжении. Это бурлящий котёл, угрожающий взорваться, и это общество часто выходит из-под контроля, когда мусульмане, белые расисты, итальянцы, латиносы, заслуженные государственные деятели и чернокожие ребята с улиц соревнуются за ограниченные сферы влияния. Несмотря на помощь духовности и искусства, проблемы никогда не исчезают, и их результатом становится количество смертей, достойное трагедии Шекспира.
Опять же, «Оз» имеет для этого огромный театральный потенциал, и не только из-за сюжетных линий (особенно касающихся О’Райли), которые часто напоминают о чём-то вроде «Гамлета». Актёры «Оз» идут на риск, ведь шоу показывает то, чего мы обычно не видим на телевидении, где актёры имеют обыкновение беспокоиться о реакции публики. Они вовлечены в экспериментальные приёмы в духе театра, которые являются табуированными на телевидении, такие как полная нагота, неоправданно жестокое поведение и однополый секс. Извращённый роман между Тобайасом Бичером Тергесена и Крисом Келлером Мелони был необычайно дерзким предприятием для двух актёров, старающихся пробиться в мейнстрим (Мелони также играет главную роль в шоу «Закон и порядок: Специальный корпус»). И действия персонажей особенно выделяются на фоне серого однообразия несложного дизайна тюремных блоков и простого реквизита. У зрителей, несомненно, не возникает сомнений в том, что основа шоу в действиях, и дизайнеры никогда не пытаются убедить нас в обратном.
Иногда – ладно, часто – «Оз» тяжеловесно в своём желании быть большим, чем просто развлечение, особенно когда рассказчик, Агастус Хилл, рассуждает о социальных проблемах прямо в камеру. Но быть фанатом «Оз» означает любить Большие Темы шоу несмотря на их очевидность и прощать его нетерпеливую напористость, как вы простили бы блестящего, но грубоватого юного поэта. «Оз» создано продюсером «Убойного отдела» Томом Фонтаной более, чем амбициозным шоу, и в одном эпизоде оно касается более глубоких проблем, чем какая-нибудь «Справедливая Эми» за весь сезон.
«Оз» было первой драмой на НВО с эпизодами длиной в час, и оно послужило примером в стиле съёмок для лучшего сериала на НВО «Клан Сопрано». Это означает, что в нём не много пестроты и избыточности; это также значит, что сценаристы склонны к небрежности в том, что касается управления сюжетными линиями и приведения их к удовлетворительной развязке. Неуклюжее планирование наглядно доказывает сегодняшний 100-минутный финал, являющийся разочаровывающей попыткой согласовать шесть лет недоведённых до развязки сюжетных линий и добавить ко всему этому пару ироничных поворотов. Разрешение таких загадок как исчезновение Джеремайи Клотье Люка Перри озадачивающе нелогично, а прошедшим длинный путь персонажам, таким как МакМанус и Бичер, не отдано должного внимания. Это неудовлетворительное окончание для шоу, настолько погрузившегося в бесконечную борьбу человека. Но, возможно, так и должно быть.

@темы: переводы, OZ

URL
   

Дневник DressTie

главная